Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


Украинская оппозиция сосредоточилась на национал-популизме1


14.05.11

Антон Финько, эксперт Киевского центра политических исследований и конфликтологии, в выгодную сторону отличается от многих своих коллег по цеху-политологов. Это не «говорящая голова», время от времени небескорыстно озвучивающая те или иные тезисы о «текущем моменте», а серьезный ученый, в сфере исследовательских интересов которого, прежде всего, политические идеологии, история политической мысли, неокантианская философия. Свою диссертацию он писал не об УПА и не об истории ВКП(б), а об этических аспектах теоретического наследия Богдана Кистяковского. Поговорить с таким человеком о вопросах, волнующих общество сегодня - удача для журналиста. Отвечая на вопросы «Полемики», рассказал об идеологическом прагматизме власти, о социал-популизме оппозиции, о скомпрометированной идее национализма, о реформах, стабильности и причудливой мотивации элиты и электората.

- Почему в нынешнем году так много внимания уделили Дню Победы, идеологическим вопросам вокруг флагов?

- Начну с морально-правовой подоплеки: исторически 9 мая для государственности Украины (как и Белоруссии) имеет особенное значение. В том числе, с точки зрения международного права. Как известно, в знак признания исключительных заслуг украинских народа и принесенных им жертв в борьбе с нацизмом (по современной оценке - 8-10 миллионов человек) на состоявшейся в апреле 1945 года конференции Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско Украина и Белоруссия были введены в состав учредителей ООН. Тем самым Украина получила максимально возможную в тех условиях легитимацию и подтверждение своей международной правосубъектности.

Что касается современной политической оценки, то необходимо учитывать ситуацию расколотого общества. Во времена Кучмы символическая политика государства состояла в том, чтобы поддерживать баланс. Чествовались герои и отмечались праздничные даты, связанные с наследием, близким как Западу, так и Востоку Украины. К примеру, на официальном уровне могли отмечать как «День Злуки» между УНР и ЗУНР, так и годовщину Переяславской Рады.

Особую же роль в символической политике продолжало играть 9 мая, празднование которого сплачивает большинство украинского общества (согласно данным проведенного в апреле этого года опроса Центра Разумкова 70% украинцев считают День Победы великим праздником, 23% - обычным праздником и лишь 4,7% не рассматривают его в качестве праздника) и является неприемлемым лишь для наиболее национал-радикальных слоев общества. В этой связи в 2000 г. был принят закон №1684-III «Об увековечении Победы в Великой Отечественной войне», согласно ст. 1 которому в День Победы праздничные мероприятия проходят с использованием символики Великой Отечественной войны, т.е. красных флагов.

Затем во времена Ющенко в Украине была предпринята попытка отказаться от политики идеологического баланса, а заодно и ослабить значение таких символов как 9 мая.

Нынешняя власть стремится вновь сбалансировать идеологическую ситуацию, а также восстановить значение 9 мая. С этой целью в апреле этого года были внесены правки в этот закон, уточнившие процедуру использования символики Победы в праздничные дни. Напомню, что согласно данным социологической группы «Рейтинг» (апрель 2011 г.), положительно к установлению красных флагов на 9 мая относится 55% украинских респондентов, а отрицательно - 30%.

Однако далее в преддверии 9 мая стало создаваться впечатление, что власти приняли решение не давать повода для обострения ситуации в галицких областях. К тому же глава государства не спешил подписывать поправки к закону № 1684-III.

Таким образом, казалось, что власти не проявляют заинтересованности в каком-либо обострении ситуации и хотели бы его избежать. Другое дело, что вряд ли было сделано все возможное для того, чтобы предупредить и предотвратить действия возможных зачинщиков беспорядков с какой-либо стороны. Однако в любом случае ответственность за львовские эксцессы ложится на «Свободу» и иные националистические группировки. А вот та вольготность, которую учуяли представители этих сил, является результатом того, что в Украине и на уровне политикума, и на уровне общества в целом сложилось к ним, в лучшем случае, попустительское отношение (в худшем же - их могут использовать в случае необходимости и в качестве «спарринг-партнеров» те или иные группировки властей предержащих). В украинском обществе в этом отношении нет достаточного иммунитета.

- Всё это внутренние факторы. А внешняя политика здесь играет роль?

- Полагаю, что российские власти используют ситуацию для того, чтобы оказать давление на официальный Киев и в косвенной форме выразить недовольство по другим вопросам.

- Но если даже это и была попытка возврата к политике баланса, к варианту Кучмы, то она оказалась провальной, поскольку конфликт только усугубился.

- Этот конфликт напрямую касается, прежде всего, Львова. Причём ультранационалисты в очередной раз в целом скомпрометировали галицкий политикум в глазах очень широких слоев украинских избирателей, особенно на Юге и Востоке. Занимаясь идеологическим пиаром, они, надо полагать, рассчитывают предстать более «патриотической» (в их понимании) силой в глазах национал-радикально настроенных избирателей, чем иные оппозиционеры, например, та же «Батькивщина».

- Но ведь многие считают, что политика памяти, которую проводит власть, не столько обусловлена настроениями в обществе, сколько, наоборот, создаёт их, чтобы отвлечь внимание от более насущных проблем. Вот уже и оппозиция пользуется этим: Тимошенко вчера заявила, что красные флаги - это сознательный манёвр, который используют для прикрытия социальных проблем.

- В целом, нынешняя власть, в рядах которой преобладают представители крупного национального бизнеса, по своему менталитету очень далека от чрезмерного интереса к политике памяти и во многом идеологически индифферентна («прагматична»). Поэтому такой упрёк представляется преувеличением.

- Но именно то и удивляет, что власть, не являясь идеологизированной, привлекает так много внимания именно к идеологическим вопросам.

- Мне кажется, что это большое преувеличение. Основной массив избирателей Партии регионов занимает более радикальные идеологические позиции, чем руководящие круги партии, в том числе и в языковом вопросе.

- Давайте вернёмся к теме оппозиции. Имеет ли Тимошенко шансы на возвращение себе существенной роли в политическом истеблишменте? И можно ли в ближайшее время ожидать появления новых оппозиционных сил?

- «Батькивщина» прочно сохраняет статус политической силы номер два. Ни одна из политических сил в общеукраинских масштабах на сегодня оказалась не в состоянии бросить вызов ей в качестве ведущей оппозиционной силы. Соответственно, в случае проведения выборов по смешанной системе «Батькивщина» сохраняет шанс получить в рамках пропорциональной составляющей выборов довольно значимую поддержку. При этом «Батькивщина» остается вождистской социал-популистской силой или, точнее, стремится предстать чем-то вроде социал-популистской силы с национальным оттенком.

- Означает ли роль «Батькивщины» как социал-популистской силы, что она выберет тактику критики реформ, проводимых Партией регионов?

- Что касается самой политики реформ, то здесь Партии регионов удалось достаточно выгодно себя идеологически позиционировать. Это связано с тем, что на протяжении длительного времени Партия регионов расценивалась критиками как некая консервативная сила. Партии регионов удалось создать такую повестку дня, когда обсуждается, какие реформы она проводит, а какие нет, правильные ли это реформы и т.п. Таким образом, ей удалось ассоциировать себя с понятием «реформы» и утвердить представление о том, что она является единственной на сегодняшний момент силой, которая реформы инициирует.

В этой ситуации «Батькивщина» будет, скорее всего, настаивать на том, что серьезные преобразования не проводятся, а все реформы, которые проводятся, являются всего либо имитацией, либо деструкцией.

- Но ведь общество уже воспринимает реформы в штыки: посмотрите, какова реакция на Налоговый, Жилищный и Трудовой кодексы, на проект закона об образовании... Не разумней ли было бы критиковать курс реформ как таковой?

- Конечно, оппозиция будет критиковать всякие реформаторские начинания власти, как это уже было с Налоговым кодексом. Но взамен она вряд ли будет предлагать какие-то свои альтернативные проекты. Вместо этого она, скорее всего, будет подчеркивать, что вот если бы ей довелось выступать в роли правящей силы, то она бы инициировала некие совершенно правильные реформы в этих сферах, в которых удалось бы достичь полной социальной гармонии, единения наёмных работников и бизнеса, крестьян и крупных землевладельцев, импортеров и экспортеров и т.д. и т.п.

В целом в нашей стране отсутствует анализ неолиберальных реформ и серьезные дебаты по данному поводу. На сегодняшний день, например, даже серьезно не проанализирован вопрос о том, насколько выгодными были условия, на которых Украина в свое время присоединилась к ВТО.

- Какая из реформ наиболее важна для правящей элиты? За какой проект она будет цепляться сильнее всего, а от чего смогут отказаться с большей лёгкостью?

- На сегодняшний день - сошлюсь на мнение украинского экономиста Александра Кошика - видно, что власть проявляет особую заинтересованность в аграрной реформе - переходу к продаже земли.

- У них есть полный консенсус по поводу реформ?

- Есть, видимо, различия между более либеральными экономистами, которые группируются вокруг Администрации президента, Ирины Акимовой - и главой правительства. При принятии оперативных решений заметно, что в правительстве помимо премьера действует трое очень влиятельных вице-премьер-министров (Андрей Клюев, Борис Колесников, Юрий Бойко), которые могут иметь собственное видение проблем в сфере энергетической политики, в сфере приватизации и т.д.

Однако, поскольку нынешняя власть состоит из людей, которые привыкли мыслить системно, на сегодняшний день ей удается избежать повторения тех распрей, которые сгубили «оранжевую» команду.

- Эти расхождения - это просто разные убеждения в том, как нужно проводить экономическую политику, или за ними стоят конфликты интересов, может быть, слабо заметные для публики?

- Естественно, есть и конфликты интересов, поскольку во власти представлены крупные финансово-промышленные группы, интересы которых могут расходиться.

- Тем не менее, оппозиция как-то попытается использовать эти внутренние конфликты интересов?

- Скорее всего, на выборах со стороны оппозиции будет тотальная критика власти как таковой. При этом «Батькивщина», конечно, будет использовать, прежде всего, критику «РосУкрЭнерго» Фирташа.

- То есть не будет попыток как-то спровоцировать развал правящей элиты, перетащить часть на свою сторону?

- Правящий лагерь состоит из Партии регионов и перебежчиков. Развал правящего лагеря за счет перебежчиков возможен только в том случае, если позиции нынешней власти радикально пошатнутся в общественном мнении. В таком случае начнётся брожение, которое мы наблюдали в последний период правления Леонида Кучмы. Правящий лагерь Украины сформирован под сильным влиянием патримониальной культуры, при которой правящие круги стремятся сгруппироваться вокруг вожака и затем проявляют ему полную лояльность вплоть до того момента, который называется «Акела промахнулся». Как только они чувствуют слабость вожака, представители правящего лагеря моментально начинают искать себе новых хозяев. Так было в случае с Леонидом Кучмой, оппозицию которому возглавлял его собственный бывший премьер-министр Виктор Ющенко, так может произойти и в нынешнем случае, если позиции власти очень сильно пошатнутся в глазах общественного мнения. Тогда перебежчики, которые сейчас демонстрируют лояльность, начнут искать себе новых хозяев.

- Как вы оцениваете вероятность такого сценария?

- Я считаю, что на нынешний момент у общества, несмотря на снижение популярности власти, сохраняется запрос на стабильность, который и привел нынешний правящий лагерь к руководству страной.

- Но ведь «стабильность» эта касается скорее политического фасада, отсутствия заметных конфликтов в эшелонах власти, а не реальной жизни? Ведь всё меняется радикально - достаточно просто поговорить с людьми на улице и сходить на рынок.

- Людям необходим выбор. Для того, чтобы поддержать ту или иную политическую силу, она должна быть кредитоспособной в глазах общественного мнения. Будет ли кредитоспособной в глазах сине-белых избирателей, которые могут быть очень недовольны нынешней властью по соображениям как социально-экономического, так и идеологического плана, нынешняя ведущая оппозиционная сила? Ведь темпы падения внутреннего валового продукта в период мирового экономического кризиса в Украине были большими, чем в других европейских странах. Люди могут выказывать чрезвычайно критическую реакцию и быть очень недовольными властью, но если у них нет приемлемой альтернативы, они часто повторяют своё предыдущее решение.

- Это то, что называют «голосовать за меньшее зло»?

- Да, это и есть рациональный выбор голосования за «меньшее зло».


1Кондратий Николаев,«Полемика»13 мая 2011












Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100