Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


«После 28 октября мы частично увидим в парламенте другие лица»


29.09.12
[ Версии.com ]

( Версии.com.ua) До выборов в Украине 38 дней. Все ли уже предопределено? Могут ли быть нюансы? Собственно, что может быть причиной этих нюансов? Над этими и другими вопросами предлагаем поразмышлять с нашим гостем директором Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаилом Погребинским.

Есть откровенные фавориты гонки и все остальные. Действительно ли, на ваш взгляд, сегодня, за 38 дней до выборов в ВР, все более-менее ясно? Есть определенная группа политических партий, которые по всем рейтингам набирают те самые 5% и больше и проходят в парламентские стены, или все еще может немного корректироваться и изменяться?

На самом деле есть много неизвестного. И, конечно, возникают вопросы, на которые пока сложно определенно ответить. Например, я могу перечислить несколько таких проблемных вопросов: сможет ли Партия регионов получить большинство в парламенте единолично или со своими партнерами, сможет ли она получить со своими партнерами или сторонниками конституционное большинство в 300 голосов, кто наберет по партийным спискам больше – Партия регионов или Объединенная оппозиция (ОО)? Мы пока еще не знаем. Есть определенные тенденции, о которых мы можем поговорить, но все же многое остается под вопросом. Или, скажем, преодолеют ли барьер две партии, которые близко подошли к такой возможности – это партии Наталии Королевской и партия «Свобода» Тягныбока? Они теоретически имеют шанс за 38 дней набрать недостающие 1,5% и стать парламентской силой. И та и другая. Есть еще много интересного. Мне лично интересно, например, сможет ли Яценюк все же заменить лидера оппозиции? Насколько успешным будет этот проект – Объединенная оппозиция? Пока что выглядит так, что вряд ли. Но все может измениться. Остается еще достаточно много времени. Для меня интересны, скажем, те рейтинги, которые демонстрирует партия Виталия Кличко. Они отражают реальное желание людей проголосовать за него или же это такое теоретизирование? Я бы за него, мол, проголосовал. Но если у человека нет серьёзной мотивации, а боксёр для него выглядит меньшим из зол, он может пойти на выборы, а может и не пойти. И тогда мы получим не сегодняшние проценты, а намного меньше. Таким образом, пока еще много вопросов. Я считаю, что для нас, политических аналитиков, выборы это наиболее интересная такая политическая игра, в которой очень много неизвестных.

Вас не беспокоит фон, на котором разворачиваются выборы ВР? Как-то странно, у нас уже 5-ые или 6-ые парламентские выборы , но никогда столько не говорили стороны о том, что эти выборы должны быть честными, демократичными, прозрачными и т.д. Об этом говорит и ЕС, и все. Такое впечатление, что зацикливаемся на этих дефинициях.

Ничего странного здесь нет. Мы продемонстрировали миру, что Украина, можно сказать, единственная страна на постсоветском пространстве, потом, правда, присоединилась к этому Грузия, хотя я считаю, что не совсем присоединилась, которая задекларировала стремление к честным, демократическим выборам. Об этом писали и в Европе, США, что у нас меняется власть и оппозиция местами, что у нас последние выборы были честные и т.д. Поэтому есть желание наследовать эту традицию у тех, кто наблюдает за этим процессом. Это, с одной стороны. А с другой стороны, есть ожидания, связанные с тем, что многое из того, что делается в Украине, не нравится нашим партнерам на Западе и Востоке. И, конечно, они будут внимательно смотреть на все, что происходит. Особенно сложно сделать все супер-пупер-честно, учитывая, что половина мест в парламенте будет заполняться победителями в мажоритарных округах. А там практически невозможно избежать злоупотреблений - такова уж наша политическая (но не только!) культура.

Вы прогнозируете много новых лиц мажоритарщиков?

Думаю, мы увидим достаточно много новых лиц. Я хочу сказать, что там, я могу спрогнозировать очень уверенно, в большинстве округов будут судебные иски. Потому, как будут недовольные, особенно, если победа определит, так сказать «фотофиниш», т.е. каких-нибудь 100 голосов. Возникнут вопросы, все ли было честно. Поэтому, весь опыт классных выборов в Украине – опыт партийных выборов. Относительно выборов в мажоритарных округах. Я думаю, что будет достаточно сложно пройти их абсолютно красиво. Выход из этой ситуации такой – будут иски, нужны судебные разбирательства. Нужно убеждать судей, что ты прав и т.д., и отменять результаты выборов в тех или иных округах. А то, что будет множество исков я убежден.

На ваш взгляд, можно ли доверять разного рода социологическим опросам, которых, как говорят, «хоч греблю гати», и часто, это не секрет, ничего кроме смятения в головы избирателей не вносят, поскольку, мы будем вещи называть своими именами, часто являются заказными – выполняют определенные функции?

Конечно, мы знаем примеры заказных опросов, но есть 2-3 авторитетных социологических центра, нужно доверять этим центрам, мы знаем их работу на протяжении 20 лет, и никто никогда их не поймал за руку. Были какие-то маленькие проблемки, но они имеют в целом хорошую репутацию. Например, Киевский международный институт социологии. И еще несколько. Поэтому я считаю, что нужно доверять этим центрам. Другое дело, что к комментариям относительно этих результатов привлекаются люди, которые на самом деле не являются специалистами. Они или просто, как американцы называют, полстеры – те люди, которые организуют и получают данные опросов. Они не являются социологами в собственном смысле этого слова. Они не изучали общество, не знают и не умеют пользоваться современным инструментарием социологических исследований. Они не знают, как связаны цифры между собой. Например, сплошь и рядом озвучивают рейтинги с точностью до десятых и даже делают выводы: у кого-то меньше на 0,2%, чем месяц тому назад, следовательно поддержка этого политика или партии падает! Для студента 2-курса социологического факультета ясно, что это полная чепуха, что такой вывод сделать нельзя, ибо 0,2% - «в пределах погрешности»! Они не имеют соответствующего опыта, но они комментируют. Особенно, если они не имеют соответствующего образования. Ну, скажем, историки или даже политологи. Для того, чтобы комментировать данные опросов, нужно все-таки иметь хотя бы минимальное высшее математическое образование. Тогда ты разбираешься в цифрах. Или ещё один пример. Я сегодня буквально прочитал: серьезный политолог комментирует последние данные и сравнивает данные опросов дома и данные опросов на улице. И говорит: видите, что дома такие результаты, а здесь такие, и это означает, что люди, которые дома, они боятся сказать правду, за кого будут голосовать., т.к. известно, где они живут и им страшно, что к ним наведаются…. А на улице, поскольку нет там адреса, они не боятся. Это полная ерунда. Поскольку, на самом деле, простые люди, которых опрашивают на улице, и люди, которые дома, это совсем разные категории людей, и совсем не потому, что они боятся. Мне кажется, что пока еще особенно никто никого не боится. Но они разные в том понимании, что люди на улице, которых вы спрашиваете – мобильные люди, которые на самом деле реже ходят на выборы, чем те, которые дома сидят. Пенсионеры сидят дома, и они с 90% вероятностью придут на выборы. Поэтому данные прогноза результатов выборов, которые получаешь дома, более надежные.

Вот, на ваш взгляд элемент лукавства. К человеку подходят на улице киношник и кинокамера. Человек гордый, его снимают: дай я скажу, как хотят услышать. А на самом деле знаю, что он никогда так не сделает.

Есть, конечно, и такой момент. Опрос общественного мнения – серьезная профессиональная работа. Относиться к ней соответственно нужно таким образом и комментировать это должны люди, которые много-много лет мало того, что имеют образование соответствующее, а много-много лет с этим имели дело и имеют соответствующий опыт и квалификацию. Таких у нас единицы!

В предыдущие годы, в предыдущих кампаниях, мы знаем, избирательные штабы оппонирующих политических сил активно применяли так называемый параллельный подсчет голосов, и, как правило, это украинский вклад в выборы. Эти результаты часто очень существенно отличались. Как, по вашему мнению, будут ли применять на выборах этого года этот очень эффективный механизм? Во что это может вылиться?

Я не пропустил ни одних выборов за последние 20 лет. В той или иной форме или просто принимал участие как консультант или эксперт, или просто комментировал. И я не помню ни одного случая, когда этот параллельный подсчет голосов был доведен до конца и убедительно бы люди показали: вот мы все проверили, и у нас все вышло так. Ни одного раза до конца этого не было. Это просто почти невозможно сделать. Представьте себе, у нас 32000 избирательных участков. Нужно иметь очень серьезных людей, которые бы работали на каждом участке. Которые бы получили эти данные и корректно передали бы соответствующей системой. Не было такого. Поэтому я думаю, что на этот раз, как всегда, это будет фактически использовано для пиаровской кампании и для того, чтобы убедить часть общества в том, что они ожидали, что будет нечестно, а вот люди и сказали нечестно. Или наоборот. Я думаю, что на самом деле этот инструмент не используется в мире.

Давайте посмотрим на фон внешний. Не секрет, что объединенная оппозиция – с одной стороны, европейские руководители – с другой стороны создают скоординированное давление на власть. Это выглядит, как говорят, как стрельба из двух орудий с просьбой уже сейчас начать процесс признания выборов недействительными. Вспомним апелляции Юлии Тимошенко и дочери Евгении. Иначе, потом уже будет поздно. И вот реакция, которая подтвердилась на последнем Ялтинском саммите, который только 5 дней назад завершился. Мы ждали продолжения „помаранчевих” традиций, как говорят руководители ЕС, этого не произошло. Они говорят, что отношения ЕС и Украины как бы остановились. Что думаете по этому поводу?

Очевидно, что есть давление на украинскую власть по разным вопросам. Есть повод очень удобный для критиков, который связан с тем, что Тимошенко находится за решеткой и не может принять участие в выборах. Она была конкурентом Януковича на президентских выборах и набрала всего на 3% меньше. Поэтому она воспринимается как серьезный оппонент №1 украинской власти, и, конечно, отношение Запада к этому делу соответствующее, и конечно, мы слышим очень много разговоров и характеристик к тому, что выборы могут быть признаны не такими, которые состоялись в соответствии с европейскими нормами демократии и т.д. Я отношусь к этому таким образом: нужно делать выборы честно. Это нужно не европейцам, это нужно нам. Нам нужно, чтобы общество имело полное доверие к власти. Если очевидно, что выборы подтасованы, то не будут доверять власти. Это означает, что она не сможет провести никаких реформ. Внутренняя легитимность – это, прежде всего, то, что нам необходимо. Я надеюсь, особенно учитывая такую простую вещь, если ситуация и тенденция сейчас работают на пользу Партии регионов, мы знаем, что последние исследования общественного мнения показывают, что есть уже серьезное опережение Партии регионов по отношению к ОО. Разные данные показывают от 4 до 7% больше у Партии регионов. Это означает, что Партия регионов больше, чем кто-либо заинтересована в том, чтобы выборы по партийным спискам состоялись честно. Потому что победа по партийным спискам чрезвычайно важна. Я считаю, что оппозиционеры на самом деле в начале кампании пошли на выборы для того, чтобы проиграть эти выборы. Прежде всего, потому, что они, во-первых, объединились – „Фронт змін” и „Батьківщина” – в один список, и сейчас имеем рейтинг „Батьківщины”, объединеной с „Фронтом змін”, такой, который был у „Батьківщины” полгода назад без объединения. Сделано это было с одной целью. Нужно было получить такой список, который мог бы опередить Партию регионов хотя бы на 0,5%. Тогда можно было бы сказать: видите, мы выиграли выборы партийные. А в мажоритарных округах они понимали, что там все равно они проиграют. В мажоритарных округах, скажут они, мы проиграли потому, что там была фальсификация. Поэтому они объединились. Есть еще одна причина. Яценюк, конечно, рассматривает кампанию эту как такую, которая предшествует выдвижению его как представителя оппозиции против Януковича на будущих президентских выборах. Ему нужно было также выйти первым номером для того, чтобы не было сомнений, что именно он должен представлять оппозицию. И поэтому пошли на это объединение. Я убежден в том, что если бы они не объединились, список „Батьківщины” плюс список „Фронта змін” вместе, получили бы больше мест в парламенте, чем объединенный список. Я это говорил давно, и так мы видим, что это, скорее всего, так и будет.

Это просчеты политтехнологов – неучтены стратегические особенности?

Я бы сказал и так: это демонстрация того, что представители оппозиции больше думают о собственной карьере, чем о том, как изменить курс, которым сейчас идет страна. Я считаю, что, скажем, тот же Виталий Кличко, если бы думал исключительно о том, что нужно победить партию власти, а потом объединиться оппозиционным силам и изменить курс страны, он бы нашел путь договориться с Яценюком и ОО об согласовании кандидатур в мажоритарных округах. Они друг друга обвиняют, но очевидно, что они не договорились, потому что у них личные интересы на первом месте. Мы видим уже, что на самом деле Виталий Кличко опережает Яценюка в рейтинге доверия. Конечно, он хочет взять максимум возможного от этих выборов, продемонстрировать, что он лучший конкурент Януковичу на следующих выборах. То есть, все они, представители оппозиции, думают прежде всего о собственной карьере, а не о том, как изменить ситуацию в стране.

Давайте уточним дефиниции. Фракция „Батьківщина”, на базе которой создана объединенная оппозиция, с учетом „Фронта змін” – это объединенная оппозиция? Что тогда представляют собой „Свобода” и „Удар”?

На сегодня они очевидно представляют оппозиционные политические проекты. Разговоры о том, что там внутри списка партии Кличко „Удар” есть люди, которые работали, сотрудничали с представителями олигархии, которые приближены к власти – на самом деле ничего особенного не означают. Мы видим, что сейчас Кличко идет путем конкуренции за место главного конкурента президента. Поэтому может оказаться несколько „тушек” в его списке, но принципиально ситуация от этого не изменится. Сегодня это - оппозиционный проект. Оппозиционный Партии регионов и Януковичу. Что касается „Свободы”, то очевидно, что это политическая сила как была региональной, так она и остается, но очень влиятельной региональной силой, которая имеет неплохие шансы преодолеть 5%-й барьер и 100% шансы провести своих в мажоритарных округах на Галичине. Например, там печально известная мадам Фарион, она имеет очень высокий рейтинг и, скорее всего, станет депутатом украинского парламента. „Печально известная” именно потому, что известный видеоклип, где она убеждала в детсаду маленьких детей, что они не должны называться Марией, а только Маричкой, иначе „чемодан, вокзал, Россия”. А тем не менее, она, скорее всего, будет депутатом.

Я думаю, не лишним будет напомнить читателям некоторые высказывания известных политических деятелей. „Еще никто не проиграл выборы из-за оценки среднего избирателя”. „Избирательный бюллетень сильнее пули” – эта фраза принадлежит одному из американских президентов Аврааму Линкольну. „Голосование не определяет хода событий. Голосование только решает, кто будет определять ход событий” – Джорж Уилл, американский политический обозреватель. „Если бы выборы могли что-нибудь изменить, их бы запретили” – анархистский девиз. „Наши избиратели лучшие в мире”– Владимир Чуров, глава Центризбиркома РФ. 98% взрослого населения нашей страны честные, порядочные люди, которые живут собственным трудом. Однако у всех на виду 2%, которые остались. И мы выбираем именно их”. Какое из высказываний вам больше всего понравилось?

Да, известные высказывания Линкольна. Я бы мог согласиться фактически со всем. Вообще это особенный талант – очень кратко высказаться и очень метко.

„Политика стала настолько дорогим удовольствием, что даже, если провалиться на выборах, необходимы немалые средства» – Боб Эдвард, канадский юморист. Но мне больше всего импонирует, скажем, анархистский девиз: ”Если бы выборы могли что-нибудь изменить, их бы запретили”. Давайте поговорим о том, что может быть после выборов. Придет много новых лиц – мажоритарщиков. На что может влиять ВР?

Во-первых, нужно сказать, что определенное время мы живем в стране с устройством президентско-парламентским. Как известно, основные принципиальные вещи, в том числе должности премьера и других высоких должностных лиц в Кабмине определяются в кабинете на Банковой. Президент принимает эти решения. Довольно быстро после президентских выборов, буквально за полгода, все были очень удивлены – команде президента удалось сконцентрировать все основные рычаги власти в своих руках. Поэтому парламентские выборы, безусловно, не определяют, кто будет руководить страной после этих парламентских выборов, независимо от их результата. Но, конечно, если партия власти выборы проиграет и не сможет получить большинство своих сторонников в Раде, то это будет означать, что проводить свою политику президенту будет чрезвычайно тяжело. Скажем, можно будет проголосовать за доверие правительства. Президент вынужден будет менять Кабмин. Там также будет непросто. Но все это возможно. Кроме того, президенту нужно будет провести определенные законы – очень важные для его планов. Допустим, земельная реформа или какая-то другая, то есть после выборов они будут считать, что это необходимо сделать. Без закона такие вещи невозможно сделать. Все должно быть законно. Если не будет большинства у президента в парламенте, возникнут сложности. Он вынужден будет искать какие-то компромиссы. И одна из возможностей компромисса, например, такая. Допустим, Яценюк набрал больше, чем Партия регионов. Я считаю, что это невероятно, но допустим. Я думаю, что один из вариантов поведения президента, предложить Яценюку должность премьер-министра и договариваться с ним о сфере его ответственности и т.д. Я этого не исключаю, поскольку я не считаю Яценюка таким принципиальным политиком, который откажется от должности премьера, тем более, что он хочет быть президентом. А у нас пока еще такая традиция: если ты не был премьер-министром, шансов стать президентом у тебя нет. Поэтому и такой вариант возможен. Или другой вариант. Если Партия регионов со своими партнерами получит не просто большинство, а 300 голосов. Это означает, что Партия регионов сможет внести изменения в Конституцию такие, которые она считает необходимыми на будущее. Никто не сможет даже опровергнуть такую возможность для Партии регионов. Кроме Майдана, никто не может. А мне кажется, что люди настолько разочарованы тем Майданом 2004 года, что ожидать нового бесполезно. Нужно, чтобы было новое поколение. Тогда можно представить себе, что будет новый Майдан. А пока еще это поколение, которое видело „як ці руки нічого не крали”, а потом много чего другое увидели, они не придут. Я могу ошибаться, но я так думаю.

Много говорится о том, что некоторые лица в украинской политике надоели. Когда-то глава ВР Владимир Литвин, это было лет 8 назад, даже предложил ограничить срок пребывания депутата на Грушевского, 5 двумя каденциями.

Ну а сам же Владимир Литвин пошел на выборы. Мне кажется, что политики, которые что-то предлагают, прежде всего, сами должны соответствующим образом действовать, тогда, я думаю, что и ситуация у нас изменялась бы к лучшему быстрее. К сожалению, я считаю, мы получим в новом парламенте много таких персон, которых желательно было бы видеть в другом месте. „Но мы имеем то, что имеем”, – когда-то сказал мудрый Леонид Макарович.

Как эти вопросы регулирует законодательство других стран, на которые мы стремимся быть похожими?

Я не готов утверждать, что такого нет нигде, но я точно знаю, что во многих цивилизованных странах человек становиться депутатом в 30 лет, и уже выносят его вперед ногами в 75 или 85. Просто его выбирают еще раз, если люди удовлетворены его деятельностью. И обычно можно эту деятельность проанализировать. Такой системы выборов, как у нас: закрытый партийный список, - почти нигде не существует. У нас же деятельность депутатов, которые пройдут по списку, никак не проанализируете. За исключением того, что кто-то лучше или хуже говорит, или предложил один или другой закон, который людям или нравится, или нет. Поэтому, я думаю, нужно прежде всего принять решение об отмене депутатской неприкосновенности, в этом ничего такого эксклюзивного нет. Хотя, для нашей системы желательно было бы сделать такой опыт. Возможно, следующий состав парламента решится. У нас каждый состав парламента собирается это сделать. И каждый раз что-то им мешает.

Сложный период, конечно, интересный. Для большинства людей он очень сложный в экономических реалиях. Но чисто психологически и морально он абсолютно четкий и прозрачный. Беспощадная борьба, как провозгласил 4-й президент Виктор Янукович, крестовый поход против коррупции. Она, на мой взгляд, набирает в постановочном плане многих симпатиков. Люди желают, во-первых, чтобы власть была чистой, моральной, прозрачной. Почему, по вашему мнению, до сих пор не внедряются несколько системных вещей, скажем, тот же механизм отзыва депутата за саботаж работы, которые очевидны, которые могут корректировать отношения между избирателями и их представителем.

Во-первых, у нас более-менее убедительно можно было бы это делать, если бы депутат был избран по конкретному мажоритарному округу. Избиратели этого округа могли бы его отозвать. Я откровенно скажу, я скептически к этому отношусь, поскольку это каким нужно быть одиозным депутатом, чтобы провести соответствующую кампанию, и люди пришли на избирательные участки и проголосовали за отзыв. Поэтому все это не дает возможности изменить качество нашей парламентской системы. Прежде всего, я считаю, первое, что необходимо сделать и, я не устаю это повторять, сделать такую систему, при которой бизнесменам не нужно, даже, хуже того, просто вредно было бы быть депутатом ВР. Мы увидим процесс, который сейчас начался в России. Мне кажется, он чрезвычайно интересен. Кто бы как ни относился к господину Гудкову, который там сейчас лишен мандата, но это прецедент, отменить который невозможно. Это означает, что депутаты от правящей партии, если не завтра, то через некоторое время, не смогут руководить своими бизнесами. Поэтому им просто вредно продолжать быть депутатами. Возможно, мы увидим примеры того, как они сами кладут мандаты. Зачем им это нужно? Они очень богатые люди. Я думаю, что у нас нужно что-то подобное сделать, чтобы бизнесмены не становились депутатами.

Слушатель: Руслан, Одесса. Скажите, пожалуйста, вы сотрудничали с Администрацией президента Кучмы – вы были советником. Как вы считаете, на следующих президентских выборах господин Медведчук будет выдвигать свою кандидатуру на кандидатуру президента?

Я думаю, что этот вопрос нужно направить Виктору Медведчуку. Я не имею информации. Я действительно этого не знаю. Я общаюсь и вижусь и с экс-президентом Кучмой и с Медведчуком, но ответить на ваш вопрос не могу.

Слушатель: Какова вероятность того, что следующий парламент не соберется, поскольку оппозиция пойдет на перевыборы, поддержанные Западом?

Тяжело ответить, какая вероятность. Но мне кажется, что небольшая. Очень много людей вложили, в том числе, те, которые есть в списке оппозиции, большие деньги в эту кампанию. Кроме того, им нужна трибуна, даже если они будут в меньшинстве. Иначе, они вообще выходят за, так сказать, рамки политики. Я думаю, что это маловероятно. Они утратили момент, когда можно было, ну скажем, не голосовать за этот закон о выборах – но они его проголосовали. Они сказали: был бы хуже. А можно было бы сказать так, что, если вы пойдете на этот закон, который фактически сделал безнадежным их дело победы на парламентских выборах, мы баллотироваться не будем. Вот эта ситуация могла бы заставить Партию регионов пойти на уступки и отказаться от мажоритарных округов. А сегодня уже поздно.

И в дополнение. Много говорится о специфике отношений ЕС и Украины. Руководители сами признают свои ошибки. Наверное, самая большая стратегическая ошибка состояла в том, что они недостаточно внимания уделяли евроинтеграции Украины, но вот вариант ЕС после выборов, который их не устраивает – более выгодно признать выборы недействительными, или больше не выгодно их не признавать?

Я придерживаюсь мнения, что принципиальные решения по оценке, как прошли выборы, не определяют отношение Европы к той стране, где выборы прошли. Можно привести примеры. Скажем, отношение к Белоруссии сложилось еще до выборов. Выборы, то, как они там прошли, с точки зрения демократического мира, были лишь подтверждением того отношения, которое уже сложилось ранее. Азербайджан. Выборы были признаны плохими и все такое, но отношения Европы и Азербайджана очень хорошие. Здесь действительно интересы важнее, чем принципы. Если европейцы понимают, что непризнание выборов на самом деле будет работать против потенциальных перспектив Украины, приближения к Европе, и наоборот, будет работать на то, чтобы оттолкнуть Украину в направлении России, я думаю, что они покритикуют, но выборы признают.

Слушатель: Кучма, когда у него были проблемы со здоровьем, выбрал не то, что выбрал парламент наш. Я не знаю, по какой причине они на всю Украину решили сделать одну соль только йодированную. Или всем им надо попить то, что пил наш Кучма, йодисконцентрат. А взяли за основу закон в рамках международной программы всю соль йодировать, а чем тогда консервировать помидоры?

Я на самом деле знаю, что нельзя с помощью этой соли засаливать огурцы и помидоры. Действительно не купишь не йодированную соль. Ее действительно нет. Я ничего ответить не могу, потому что я не в курсе. Но я разделяю ваше возмущение.

Вопрос из электронного ящика из Тернополя: „Будет ли способствовать снятие депутатской неприкосновенности повышению независимости депутатов от влияния президентской ветви исполнительной власти, которая сейчас узурпировала диктаторские полномочия, или все-таки цель этого решения сделать депутатов уязвимыми перед диктатом президента?”.

Человек точно формулирует проблему. Это действительно проблема. Нужно очень точно к этому подойти, чтобы не было возможности отказать людям вообще в возможности высказать свое мнение. И нужно иметь гарантию, что никто за его мнение, за его чистую политическую деятельность не будет преследовать. Эта гарантия есть во всех странах, и это есть депутатская неприкосновенность, которую нужно сберечь. А относительно тех целей, которые связаны там с их бизнесом, с их поведением, это нужно заканчивать. Я думаю, что здесь нужно провести нормальную европейскую систему, которая существует в этих странах.

Слушатель: Вы украинец? Так почему целый час говорите и не скажете, что произошло в Украине прерывание рода, что люди сейчас голосуют за тех палачей, которые уничтожали их отцов, дедов?

Вы имеете в виду высокий процент у коммунистов? У них действительно в настоящий момент рейтинг более 10% . Я думаю, что за них голосуют, во-первых, наверное, считая, что эти люди не несут ответственности за действия своих предшественников. А во-вторых, я думаю, причина роста рейтинга коммунистов и в том, что у них нет конкурентов на поле востока и юга Украины. Кроме Партии регионов и коммунистов, которые теперь уже не конкурентны, на самом деле нет политической силы, за которую можно было бы проголосовать.

Жизнь после 28 октября 2012 года в Украине закончится или все будет как раньше?

Радикальных изменений не предвидится. Частично в парламенте появятся другие лица, но я думаю, что до 2015 года в Украине мало что изменится.












Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100